— Подумаешь! — сердито сказала девушка. — Да тебе сколько лет?
— Десятый, — ответил мальчик. Он был теперь единственным Погодиным в деревне и поэтому полностью выговаривал свое имя. — А почему плакала, а? — снова спросил он.
— Так, — сказала Шура. — Ты что, живешь здесь?
— Живу… Убили кого-нибудь? — допытывался он.
— Дура я — оттого и ревела… А мамка твоя где?
Мальчик ответил не сразу. Его обижала легкость, с которой чужие люди задавали этот вопрос, самый жестокий из всех.
— Убили, — сдержанно ответил он.
— Фашисты?
— Ну да, фрицы, — хмуро проговорил мальчик.
— Как убили-то? — словно испугавшись, спросила Шура.