Я, кто рассказывает вам эту сказку, и вы, мои слушатели, мы не можем поспеть за ветром-машиной Бетала. Я не знаю, что он делал в селениях. Но он вернулся к себе в Нальчик и, как вылез из машины-ветер, сразу сказал:
— Найдите мне сейчас же того старика, Туту. Я хочу ему сказать, что все, что было плохим, стало хорошим. Я хочу еще раз попить с ним чаю, как с умным человеком.
Все поехали искать Туту, но смерть, которая не имеет над собой начальников, уже позвала его к себе.
Тогда. Калмыков опять сел на свою машину-ветер и поехал к Туте на кладбище.
— Ты лежишь, Тута, — сказал Бетал, — а я стою, и лицо твое закрыто землей, но пускай оно там, под землей, улыбнется мне. Я сделал все, что ты посоветовал мне. Лежи спокойно, дорогой Тута, — сказал Бетал и запел русскую песню, что пели, когда умер Ленин. Но слова он пел другие. Бетал пел так:
Ты умер, наш инспектор по качеству,
Но сотни глаз смотрят кругом.
Ты умер, наш инспектор по качеству,
Но растет корнями вниз сад твоих сыновей.
Ты умер, наш инспектор по качеству,