Кровь его ядом была налита,
В глазах его — вечно стояла ночь.
Хан у народа любимую дочь
В жены насильно к себе уводил.
Сердце он вырвал из нашей груди,
Тогда в джайляу [72]пыль поднималась,
Тогда в озерах вода волновалась,
Тогда над степями с клекотом злым
Тревожно летали орлы…
Эй, скажи мне, судьба-великан,