Не пел ее никому.
В той песне горечь была
И жгла сильнее огня,
Как мачеха, жизнь дала
Горбатого мне коня.
Был тощ конь и не мог
Поспевать за песней он.
А бросить его — бог
Не велел и степной закон.
Был голоден я и бос
Не пел ее никому.
В той песне горечь была
И жгла сильнее огня,
Как мачеха, жизнь дала
Горбатого мне коня.
Был тощ конь и не мог
Поспевать за песней он.
А бросить его — бог
Не велел и степной закон.
Был голоден я и бос