Придя к себе на квартиру, Валериан Владимирович всю ночь до рассвета волновался и не мог заснуть. А ранним утром к нему зашла пожилая женщина — опытная подпольщица, ведавшая в партийном комитете транспортом и хранением оружия. Все еще беспокоясь, Валериан Владимирович рассказал ей о происшедшем, но она рассмеялась — такими неосновательными показались ей все его опасения.
Куйбышев же по-прежнему был встревожен и огорчен. Тогда женщина стала подробно расспрашивать:
— А не помните ли вы, дверь за околоточным закрылась до того, как вы назвали адрес?
В ответ Куйбышев радостно воскликнул:
— Да, именно так и было!
Он понял, что полицейский действительно не мог расслышать адреса, что все тревоги были напрасны.
Впоследствии, вспоминая этот случай, Валериан Владимирович говорил:
— Вскоре совершенно помимо моей воли и желания мне довелось «отомстить» моему товарищу Агате Яковлевой за пережитую тревожную ночь.
Как-та вечером Яковлева пришла к Куйбышеву в его отсутствие. Хозяйка квартиры, сердитая финка, неохотно впустила ее. Прошло много времени, а Валериан Владимирович все еще не возвращался.
Тогда хозяйка, собираясь спать, стала настаивать, чтобы Яковлева ушла. Та не соглашалась. Финка продолжала требовать и кричать, а затем выбежала на улицу. Из ее угрожающей речи на ломаном русском языке Яковлева уловила лишь слово «полиция». Это ее испугало: она знала, что в комнате Валериана хранилось много подпольной литературы, и появление полиции было опасно вдвойне.