Расставшись, они условились, что если Валериан Владймирович не будет арестован, то на другой день он навестит ее; если же не явится, то, значит, его арестовали, и тогда Яковлева должна прийти к нему в тюрьму на свидание.
К великой радости Валериана Владимировича, у него в квартире не было ни полицейской засады, ни следов обыска. Успокоенный, он от усталости тотчас же повалился на кровать и крепко заснул. Лишь вечером проснулся и стал расспрашивать квартирную хозяйку. Та рассказала о том, как в его комнату зашла незнакомая ей девушка, как пришлось идти за полицейским, чтобы с его помощью удалить из квартиры незнакомку, но полицейский отказался.
— А когда я возвратилась в квартиру, — закончила свой рассказ хозяйка, — девушки не было уже. Я так перепугалась: ведь она могла обворовать квартиру…
— Но вы же шли, поднимались вместе с полицейским! — воскликнул Куйбышев.
Она удивленно посмотрела на него.
— Да, я шла за ним по лестнице и все убеждала его войти в мою квартиру, чтобы выставить эту подозрительную девушку. Но он спокойно шел к себе домой: ведь он живет двумя этажами выше над нами. Зайти ко мне он отказался.
Занятый разными делами, Куйбышев забыл о договоренности с Яковлевой и лишь через десять дней отправился к ней. Когда Яковлева встретила его, он не узнал ее: так она изменилась за это время. На ее исхудавшем, побледневшем лице были следы тяжелых тревог, щеки впали, глаза ввалились.
— Кто вас освободил? — изумленно спросила она.
— Никто. Ведь я и не был арестован, — спокойно ответил Валериан Владимирович и рассказал все.
Яковлева сначала обрадовалась, а потом возмутилась: