Но столовая не только облегчала жизнь ссыльных, сохраняла их здоровье, но и способствовала их объединению в коллектив. Большое, просторное помещение столовой служило местом для легальных собраний ссыльных. Здесь они во время обеда получали и читали газеты, журналы. Столовая как бы превращалась в читальный зал.
Валериан Владимирович участвовал в хозяйственном обслуживании коммуны ссыльных.
Однажды он бродил в тайге и встретил там дровосеков, которые заготовляли дрова для столовой. Куйбышев подошел к одному из них и попросил топор.
— Довольно тебе рубить. Дай и нам, интеллигентам-белоручкам, поработать, — пошутил Валериан Владимирович.
И он усердно работал до тех пор, пока полностью не заготовили дров.
Среди суровой природы, в томительной, удручавшей неволе, Куйбышев оставался бодрым, жизнерадостным человеком, верящим в свое правое дело, в его победу.
Эти его настроения прекрасно выражены в стихотворении «Море жизни», написанном в нарымской ссылке:
Гей, друзья! Вновь жизнь вскипает.
Слышны всплески здесь и там.
Буря, буря наступает,