-- Потому и не принимает, -- затараторила полная и крепкая хозяйка, поправляя на голове платок, -- у другого грехов-то три короба... и все незамолимые... Как же такого допустит к себе угодник? Не хочет он зря мытарить человека... Дескать, все едино не замолишь ты своих грехов.
Охваченная страхом Петровна мучилась весь день и все думала, что не подпустит ее угодник к своим мощам, не простит ее черный грех; попусту пропадет ее многотрудный долгий путь и не найдет она покоя на земле.
Под вечер догадливая и ласковая хозяйка приказала старшей дочери -- полногрудой, голубоглазой и остроносой Паланьке:
-- Сегодня пораньше управляйся с работой... Веди Петровну в монастырь.
Отработалась Паланька на огороде, принарядилась в чистое платье и в белый платочек и спозаранку повела Ширяевых к мощам угодника.
В монастырской ограде присоединились они к толпе богомольцев и вместе с ними пошли осматривать монастырские диковинки.
Остановились неподалеку от старинной церквушки, около могилки, сухой и чистенькой, у которой стояла бадья с желтым песком, охраняемая стариком-монахом.
Полный и бородатый монах-проводник объяснял богомольцам:
-- Вот, православные, могилка, в которой похоронен был угодник божий... А в бадье -- тот самый песочек, в котором двести лет покоились нетленные мощи святителя в гробу... Песочек сей -- целительный... Помогает мужскому полу от вихренных и ветренных болезней, а женщинам от всех двенадцати лихорадок и от бесплодия... Молитесь, православные, и получайте песочек... Многие исцелялись, и вам поможет... Подходите, православные, -- приглашал он толпу богомольцев. -- Жертвуйте на святую обитель... Запасайтесь песочком целительным.
Богомольцы толпились около входа в могилу, истово крестились, бросали медяки в бархатный кошель старика-монаха и протягивали к нему кто платочек носовой, кто тряпицу замызганную, а кто свои растопыренные ладони.