В начале войны брали в армию только запасных солдат младших возрастов и парней двадцати одного года от роду; потом стали брать запасных солдат старших возрастов и бородатых ратников ополчения, а к третьему году добрались и до безусой молодежи: стали брать восемнадцатилетних парней.
Не миновала военная страда и Белокудрина -- отсюда то и дело уходили на войну мужики и парни.
Бабы белокудринские счет потеряли проводам своих родных и знакомых.
Провожали призывников всей деревней.
Провожали с воем, с причитаниями:
-- Васинька-а-а!.. Соколик мо-ой! Как же я останусь-то без тебя-а-а!..
-- Андрюшечка! Родимый!.. На кого покидаешь?.. О-о-о!..
-- Ефимушка!.. Сыно-о-чек!..
Одни провожали своих родственников лишь за поскотину, до первого лесочка, другие везли призывников на пароконных подводах до волостного села Чумалова. А богатые мужики привязывали к телегам по паре запасных лошадей и провожали своих сыновей даже до города, в котором жили по два, по три месяца. Из города мужики возвращались уже без запасных лошадей.
Белокудринцы вначале удивлялись: по каким причинам богатеи прохлаждались в городе? Лишь через год дознались об этих причинах.