-- Да мы ведь ничего и не делали... в комитете-то... Что ты лаешься-то? Чем я тебе досадил?..
-- Все равно! -- оборвал его Фома, взмахивая рукой. -- С буржуями соглашались? Против рабочих шли? Значит, против Советской власти шли. Потому и отстраняем вас!..
-- Отстранить! -- закричали фронтовики. -- Отстранить!..
Фома командовал, размахивая руками:
-- И Гукова отстранить!.. И Степана Рябцова... потому -- пьяница!
-- Кто? Я-то пьяница?! -- взвизгнул через дверь из кухни Рябцов. -- Я пьяница? А твой отец, Фома Ефимыч, тверезый?.. А?.. Тверезый твой отец, Фома Ефимыч? А?
Фома рявкнул:
-- Осади старик!.. Я своего отца не выставляю! Пьяницам не место...
-- А ты меня поил? -- визжал лысенький Рябцов, прорываясь из кухни в комнату. -- Ты меня поил, Фома Ефимыч?! А? Поил ты меня?.. Говори!.. Поил?..
-- Отстранить! -- кричали мужики и отталкивали Рябцова назад, в кухню. -- Не лезь, старик!..