-- А мы скотину-то давно на зубах похрумкали!
-- Хо-хо-хо! -- захохотали мужики. -- Ха-ха-ха!..
-- Ну и Сеня!..
-- Ну и язык же у тебя, Семен!
-- Го-го-го!..
Подошел Афоня. Он был в рваном армячишке, в мохнатой шапке из собачины и в рваных серых валенках; из одного валенка торчал палец, а из другого выглядывала грязная потрескавшаяся пятка.
Как всегда, через одно плечо у него была перекинута пастушья сумка.
-- Бог помочь! -- прогудел он, вынимая трубку изо рта.
-- Милости просим! -- ответили мужики.
Дед Степан спросил: