-- Хлеба даст, вот что! -- кричала Акуля. -- Ты, косорылая холера, не молишься, так, может, люди вымолют у господа.
-- А ты сеяла хлеб-то? За кого просить-то будешь?
-- Ты не сеял, так добрые люди сеяли!
-- Пускай люди и молятся.
Акуля плевалась:
-- Тьфу, анафема!.. Безбожник!.. Все едино пойду на молебен. С батюшкой пойду и с кержаками пойду.
И Олена ругала своего Афоню за то, что сам собирался до молебна ехать на покосы и других подбивал.
-- Разбойник! -- кричала Олена на мужа. -- Шантрапа разнесчастная!.. Господа забыл, шаромыжник окаянный... да еще других мутит. Идол!..
Параська пробовала защищать отца. Но Олена оборвала ее:
-- Молчи, потаскуха!.. Такая же жаба безбожная будешь... Ужо захлестну чем попало...