Никто не заметил, что от пригонов бежала к дому Параська. В густых потоках дождя она тоже не заметила выходившей из ограды толпы мужиков. Слышала говор, но плохо соображала, откуда доносятся голоса. Бежала двором к сенцам и стонала:
-- Ох, порешили... Ох, маменька родимая!.. -- Вбежала через открытую дверь в избу и полушепотом, со стоном заговорила, останавливаясь у порога:
-- Бабушка, милая!.. Тятьку порешили!.. Бабушка! В избе было тихо.
Параська громче позвала:
-- Бабушка!.. Бабушка!.. Вставайте!..
Но в темной избе стояла мертвая тишина. С пола тянуло запахом чего-то приторно-сладкого...
А над деревней по-прежнему грохотали раскаты грома и ревела вода. Сквозь потоки дождя слышался шум голосов, звучали выстрелы и доносился бабий крик.
-- Кара-у-у-ул!
-- Спа-си-те-е!..