— Боже мой, — протянул он в каком-то исступлении, будто на грани помешательства. — Как же мне трудно! Но остается последнее. Я — про алиби. Мысль об алиби пришла потом, благодаря счастливому стечению обстоятельств. Ведь отель „Сесиль“ и отель „Савой“ находятся неподалеку от Саутгемптон-стрит, не так ли? Мне известно, что у этой дамы есть подружка, женщина в какой-то степени необыкновенная. Практически все время она в отъезде, в разных исследовательских экспедициях, причем в экспедициях участвует она одна и ведет исследования в одиночку. Попадая в Лондон, она проводит здесь день-два, не больше, и при этом я убежден, она из тех, кто очень редко читает газеты. Даже если бы ей и случилось прочесть в газете об убийстве миссис Бендикс, вряд ли бы у нее шевельнулись какие-нибудь подозрения, особенно в отношении ее подруги. Я установил, что накануне убийства эта женщина, которую, между прочим, зовут Джейн Хардинг, провела две ночи в отеле „Савой“ и утром того же дня, когда пакет с шоколадом был доставлен сэру Юстасу, отбыла в Южную Африку. Где она может быть теперь, не имею ни малейшего представления. Единственное, что я знаю, в Лондон она прибыла из Парижа, где провела целую неделю. Убий… убийца знала, что подруга будет в Лондоне, и потому срочно поспешила в Париж. К сожалению, — как бы извиняясь, сказал мистер Читтервик, — тут многое основано на догадках. Но, я думаю, ей ничего не стоило попросить подругу отправить пакет из Лондона, поскольку почтовая пошлина из Франции в Англию очень высока. И уж совсем было просто устроить так, чтобы пакет доставили утром того дня, когда должно было состояться свидание сэра Юстаса с миссис Бендикс за обедом в отеле. Она могла сказать подруге, что конфеты были подарком ко дню рождения или что-то в этом роде… и… и что пакет надо от править тогда-то, чтобы его получили в определенное время на следующий день.
Мистер Читтервик вытер пот со лба и посмотрел на Роджера, ища сочувствия. Роджер ответил ему недоумевающим взглядом.
— Боже мой, как же мне трудно, — прошептал мистер Читтервик, словно в забытьи. — Как невероятно трудно Единственное, что меня успокаивает…
Алисия Дэммерс поднялась из-за стола и стала не спеша собирать свои вещи.
— К сожалению, мне пора, — сказала она. — У меня сегодня свидание. Надеюсь, господин президент извинит меня.
— Разумеется, — ответил Роджер, несколько удивленный.
Подойдя к двери, мисс Дэммерс обернулась:
— Очень жаль, что я не услышу, чем завершится ваша версия, мистер Читтервик. Но повторяю: я очень сомневаюсь в том, что вам удастся ее доказать.
И она вышла из зала.
— Абсолютно права, — прошелестел мистер Читтервик, в оцепенении глядя ей вслед. — Точно знаю, что не удастся. Но сомнений у меня нет. Увы, ни малейших.