О, окажите милосердие белому человеку,
Ни жена ни мать не заботятся о бедном.
Чем содержательнее становилась хоровая песнь дикаря, тем больше выделялись среди прочих искусные запевалы, умевшие сложить на всякий случай складную песню. Так появляются у дикарей особенные "певцы", поэты. Они слагают песни уже не только для себя, а для всего племени. Они учатся друг у друга, перенимая удачные выражения и красивые мелодии, совершенствуются в умении подбирать звучный стих, меткое слово и картинное сравнение. И тогда поэтическое творчество становится особым занятием среди прочих, которому посвящают себя немногие избранники.
Такого развития достигла поэзия у островитян Великого океана. Они выработали у себя настоящий несенный язык, богатый картинными сравнениями. Конец жизни-- смерть сравнивается в их песнях с захождением солнца. Невежество они называют "ночью ума". Скромность они обозначают тем же словом, которым называется у них вечерний мягкий свет. Свертывание парусов сравнивается у них с складыванием крыльев.
Поэтический талант островитяне считают даром свыше. Их поэты рассказывают, что во сне они были перенесены в "призрачный мир, где божественные существа научили их песне". На островах Тонга они удалялись в уединенные величественные местности, чтобы там сложить свои песни. Они любили природу и воспевали ее красоту. Вот одно из их поэтических произведений ( в переводе оно, конечно, потеряло свой размер ):
" Пойдем в Лику полюбоваться заходом солнца.
Послушаем там пение птиц и воркование голубя.
Там, на склонах, мы нарвем цветов и сплетем венки...
Стоя неподвижно на склоне, затаив дыхание, вперим взоры вниз в даль моря и глубину его.
Моя душа возвышается, когда я созерцаю в глубине прибой волн, напрасно пытающихся пробить твердую скалу.