-- Позвольте вамъ замѣтить, государь мой, отвѣчалъ съ обыкновенною своею живостью г. Бобилье:-- что опроверженіе факта, факта доказаннаго, называется не мнѣніемъ, а опроверженіемъ.
-- Скажите же мнѣ, пожалуйста, какой фактъ опровергъ я?
-- Господа! сказала маркиза, граціозное лицо которой приняло выраженіе холоднаго достоинства:-- мнѣ кажется, этотъ споръ болѣе, нежели неумѣстенъ.
-- Сударыня, вскричалъ старикъ съ чувствомъ:-- вамъ извѣстно, какое глубокое уваженіе питаю я къ дому Шатожироновъ и къ вамъ въ особенности; я скорѣе согласился бы умереть, нежели поступить противъ законовъ приличія; будьте же увѣрены, что не я, преданнѣйшій изъ вашихъ слугъ, захочу продлить разговоръ, который вамъ не нравится; но умоляю васъ, позвольте мнѣ прибавить еще одно и послѣднее слово.-- Отопретесь ли вы, государь мой, продолжалъ мирный судья, внезапно измѣнивъ голосъ: отопретесь ли вы въ томъ, что сію минуту вы изъявили сомнѣніе, когда я вамъ сказалъ, что. видѣлъ на площади Туссена-Жиля и его шайку?
-- Вы не поняли меня, отвѣчалъ съ іезуитскимъ смиреніемъ г. Доммартенъ:-- я никогда не утверждалъ, что люди, которыхъ вы называете, не участвовали въ отвратительныхъ сатурналіяхъ, происходившихъ на площади; скажу болѣе, судя по ихъ извѣстному безбожію, я самъ думаю, что они принимали весьма-дѣятельное участіе въ возмущеніи; но никогда не соглашусь, чтобъ люди такого низкаго званія были настоящими зачинщиками безпорядковъ, въ которыхъ они участвовали. Они были актёрами въ возмущеніи -- это такъ; но они не были зачинщиками его; вотъ въ двухъ словахъ мое мнѣніе, и никакъ не понимаю, почему оно могло обидѣть г. мирнаго судью.
-- Кажется, лучшаго возраженія и вѣрнѣйшаго объясненія нельзя требовать, сказала г-жа Бонвало съ одобрительнымъ видомъ.-- Что касается до меня, я вполнѣ согласна съ мнѣніемъ Г. пастора. Отвратительный Туссенъ-Жиль, въ красной шапкѣ, нахлобученной до ушей, и съ гадкой трубкой, не что иное, какъ второстепенный разбойникъ, подкупленный, по всѣмъ вѣроятіямъ, врагами маркиза; и только испуганное, трусливое воображеніе можетъ видѣть въ немъ начальника шайки и возвысить его до степени какого-нибудь Фра-Діаволо или Ринальдо-Ринальдини.
-- Я счастливъ, что мое мнѣніе согласуется съ вашимъ мнѣніемъ, сударыня, возразилъ пасторъ: -- и думаю, что для открытія настоящихъ виновниковъ безпорядка, нужно подняться выше трактирщика Туссена-Жиля и подобныхъ ему людей.
-- Что вы хотите этимъ сказать, г. пасторъ? спросилъ Шатожиронъ.
-- Маркизъ, старая пословица гласитъ: "если хочешь открыть виновника преступленія, узнай сперва, кому это преступленіе можетъ доставить выгоду".
-- Я не вижу, чтобъ разореніе моего замка могло доставить выгоду кому-нибудь, кромѣ самихъ разбойниковъ.