-- Какъ!.. соперникъ?.. Что вы говорите? вскричала Кларисса съ живостью.
-- Я шучу, сударыня, отвѣчалъ молодой адвокатъ, какъ-бы раскаявшись въ послѣднихъ словахъ:-- я говорю о внезапной, пламенной страсти, которую ощутилъ при видѣ г-жи де-Шатожиронъ нашъ почтенный мирный судья.
-- Вы меня обманываете... вы говорили не о г. Бобилье... Вы узнали что-нибудь...
-- Увѣряю васъ, сударыня...
-- Не лгите; я читаю въ вашихъ глазахъ цѣлый романъ, и вы мнѣ его разскажете.
-- Клянусь вамъ...
-- А я клянусь вамъ, что мы разссоримся на смерть, если вы не удовлетворите моего любопытства... Вы знаете, прибавила Кларисса, остановивъ на молодомъ адвокатѣ многозначительный взглядъ; -- что у васъ есть причины не ссориться со мною...
-- Въ-самомъ-дѣлѣ, подумалъ Фруадво, вступивъ въ капитуляцію съ своею совѣстью: -- не-уже-ли я изъ преувеличенной скромности буду ссориться съ нею и въ такую минуту, когда она, повидимому, очень расположена ко мнѣ? Мой бракъ съ Викториной зависитъ отъ нея одной, потому-что г. Гранперренъ слѣпо ей повинуется: не безумно ли поступлю я, если разсорюсь съ нею отказомъ удовлетворить пустому любопытству?..
-- Говорите же, я слушаю, нетерпѣливо сказала г-жа Гранперренъ.
-- Точно, я замѣтилъ довольно-странную вещь, сказалъ Жоржъ нерѣшительно; -- но такъ-какъ это не моя тайна, то я опасаюсь открыть ее...