-- Исчезъ! прошептала она наконецъ. Исчезъ!... Дурное предзнаменованіе... Несчастія никогда не приходятъ но одному. Можетъ быть это исчезновеніе начало конца?
Вдругъ до нея долетелъ какъ будто шумъ шаговъ. Маргарита подняла голову и увидѣла нотаріуса барона Симоне, который стоя у другаго конца платана съ удивленіемъ смотрѣлъ на нее.
Глаза ихъ встрѣтились.
Черезъ просѣку проходила другая тропинка параллельная той, по которой пришла Маргарита, по ней-то и подошелъ нотаріусъ, присутствіе котораго въ лѣсу не имѣло ничего необыкновеннаго, хотя онъ вообще ходилъ здѣсь не часто, На этотъ разъ онъ спѣшилъ къ больному фермеру, звавшему его передѣлать въ двадцатый разъ свое завѣщаніе въ пользу племянника, котораго онъ выгналъ отъ себя.
Не будь этихъ позднихъ угрызеній совѣсти, болѣе чѣмъ вѣроятно, что нотаріусъ не встрѣтилъ бы графиню Монторни, въ такое время и въ такомъ мѣстѣ.
Г. Симоне былъ въ самомъ жалкомъ положеніи; онъ забылъ надѣть калоши и мокрый снѣгъ скоро промочилъ насквозь его сапоги. Держа зонтикъ посинѣвшими и окоченелыми отъ холода руками, онъ дрожалъ всѣми членами, мысленно проклиная погоду и своего капризнаго кліента. Но неожиданная встрѣча съ дочерью его покойнаго довѣрителя, заставила его забыть холодъ.
Онъ съ изумленіемъ остановился какъ вкопанный, видя ее съ открытой головой, блѣдную, съ выраженіемъ отчаянія на лицѣ.
Что это могло означать?.. Нотаріусъ хитрый и подозрительный, всегда въ тайнѣ думалъ, что въ жизни Маргариты де-Монторни должна быть какая-нибудь тайна.
Молодая дѣвушка, понявъ свое положеніе, такъ быстро овладѣла собой, что нотаріусъ почти не вѣрилъ своимъ глазамъ, видя, что отъ выраженія тоски и отчаянія не осталось и слѣда, и лицо графини было спокойно и ясно.
Она даже не выразила ни малѣйшаго изумленія при этой непріятной для нея встрѣчи. Имѣя даръ быть постоянно любезной, она ни сколько не смущаясь вѣжливо поклонилась нотаріусу, какъ будто бы она встрѣтила его на большой аллеи парка въ обществѣ своихъ благородныхъ родственниковъ.