Завѣщаніе покойнаго было прочитано, а такъ какъ Маргарита была единственная дочь графа, то все состояніе переходило къ ней. Въ завѣщаніи были также назначены подарки и пенсіоны нѣкоторымъ старымъ слугамъ и оно оканчивалось слѣдующими словами:
"Я надѣюсь, что моя любезная дочь Маргарита, которую я прошу иногда вспоминать обо мнѣ, не воспротивится передачѣ замка де-Монторни во владѣніе моего племянника, барона де-Рошбейръ.
"Я надѣюсь, что въ виду многочисленныхъ земель, въ числѣ которыхъ находятся Пуатре въ Дофине и Вильменъ въ Крезѣ, слѣдующія ей по праву, она не откажется исполнить мое желаніе".
Покинутый ребенокъ сдѣлался богатой наслѣдницей.
Маргарита была еще несовершеннолѣтней, такъ что ея огромныя владѣнія должны были, нѣкоторое время, находиться подъ управленіемъ опекуновъ.
Для этой цѣли графъ избралъ одного изъ своихъ старинныхъ друзей, парижскаго банкира Дюмона. Онъ долженъ былъ каждый годъ передавать въ распоряженіе графини значительную сумму денегъ, которую ему предоставлялось, по желанію, увеличивать, пока графиня не достигнетъ совершеннолѣтія, въ случаѣ же, если она захочетъ выйти ранѣе замужъ, ея выборъ долженъ быть представленъ на одобреніе опекуна.
Впрочемъ, въ этомъ случаѣ необходимо было также одобреніе барона Жюля де-Рошбейръ, котораго графъ просилъ въ завѣщаніи быть лучшимъ другомъ его дочери, чѣмъ онъ былъ ея отцемъ.
Гдѣ жить сиротѣ, предоставлено было рѣшить ей самой.
Хотя нотаріусъ, которымъ былъ составленъ этотъ актъ, и имѣлъ нѣкоторыя сомнѣнія въ его дѣйствительности, въ случаѣ протестовъ, но послѣднихъ не было, такъ какъ молодая наслѣдница не выказала ни малѣйшаго желанія противиться послѣдней волѣ своего отца.
Спустя нѣсколько времени послѣ прочтенія завѣщанія, когда Маргарита сидѣла въ своей комнатѣ, вдругъ послышался сильный стукъ въ дверь.