-- Къ чему такія мысли, Робертъ! возразила госпожа де-Ламбакъ. Вѣдь вы знаете, какъ они были дружны! Она должна любить Гастона, я въ этомъ вполнѣ увѣрена. Нѣтъ дѣвушки, которая не была бы рада выйти за него замужъ!
Послѣднія слова были произнесены съ энергіей, въ которой сквозила материнская гордость, но Робертъ покачалъ головой.
-- Я не могу ее понять, сказалъ онъ. Она осмѣлилась открыто противиться мнѣ, какъ будто отъ меня ей нечего опасаться. Гастонъ красивъ, но я сомнѣваюсь, чтобы она дорожила имъ настолько, какъ мы это предполагаемъ. И если онъ попытается обращаться съ ней немного грубо, я предвижу, что она оставитъ его не при чемъ. Эта дѣвушка для меня загадка. Я не суевѣренъ, Марія, но если вѣрить тому, что разсказываютъ о людяхъ, одержимыхъ злымъ духомъ, то я скажу, что эта дѣвушка...
Приходъ толстой Адели помѣшалъ де-Ламбаку докончить фразу.
-- Господинъ, сказала она, Пьеретта, привратница пришла изъ монастыря- настоятельница велѣла ей кланяться вамъ и спросить, не получили ли вы извѣстій о здоровьи ея воспитанницы графини Маргариты де-Монторни.
Здоровая крестьянка несмотря на свою глупость обратила вниманіе на впечатлѣніе произведенное ея словами на де-Ламбака, и съ тайнымъ любопытствомъ наблюдала за выраженіемъ его лица.
Но де-Ламбакъ скоро оправился.
-- Скажите Пьереттѣ, что я благодарю настоятельницу, отвѣчалъ онъ твердымъ голосомъ, и что послѣднія извѣстія полученныя мною о графинѣ превосходны. Молодая графиня поселилась въ замкѣ Монторни у своихъ родственниковъ де-Рошбейръ. А вы, Адель, не забудьте дать Пьереттѣ стаканъ вина на дорогу.
Когда Адель вышла и не могла уже слышать, что говорится въ залѣ, де-Ламбакъ подошелъ къ женѣ и сказалъ:
-- Надо отослать эту Адель, какъ только этому представится благовидный предлогъ, конечно если Гастону не удастся устроить все дѣло сразу; тогда мы на всегда оставимъ эту мышиную нору. Но эта служанка должна уйти, она знаетъ слишкомъ много, или думаетъ, что знаетъ.