Баронессѣ казалось теперь, что она нашла наконецъ въ Маргаритѣ де-Монторни, ту, которая болѣе всѣхъ достойна чести сдѣлаться женой ея сына.
Красота и умъ Маргариты не замедлили произвести впечатлѣніе на стоическаго виконта, а еи молодость, по мнѣнію баронессы, позволила бы ей легко покориться волѣ такого нетребовательнаго мужа, какъ Рауль, кокорый безъ сомнѣнія былъ бы образцомъ мужей, какъ онъ былъ лучимъ сыномъ и братомъ. Его благоразуміе отвѣчало за то, что онъ съумѣетъ руководить свою прекрасную половину на опасномъ пути жизни.
Болѣе чѣмъ вѣроятно, что баронесса де-Рошбейръ не знала выраженія Аристотеля, увѣрявшаго, что мужъ тридцати шести лѣтъ и жена восемнадцати, составляютъ наилучшую пару, однако она инстинктивно пришла къ одному убѣжденію съ знаменитымъ философомъ.
Раулю было едва тридцать лѣтъ, но его ученость и благоразуміе были достойны болѣе зрѣлаго возраста:, съ свой стороны, Маргарита веселая, красивая, граціозная, казалась гораздо моложе своихъ восемнадцати лѣтъ.
-- Все это прекрасно, отвѣчалъ съ улыбкой Рауль, но предположимъ, что она думаетъ обо мнѣ не больше чѣмъ о Великомъ Моголѣ. Я не могу тогда силой жениться на ней, при свѣтѣ факеловъ въ развалившейся капеллѣ стараго замка, какъ это дѣлается въ фантастическихъ романахъ Анны Рэдклифъ.
Но баронесса не допускала, чтобы смѣялись надъ проектомъ, который она такъ долго ласкала, и она принялась снова за работу, повторяя свои прежніе аргументы и усиливая ихъ всею своей женской логикой.
Рауль почтительно слушалъ. Привычка къ общественной жизни научила его относиться снисходительно къ чужимъ мнѣніямъ, кромѣ того нельзя было сказать, чтобы слова матери не находили совершенно отголоска въ его сердцѣ.
-- Я вижу, сказалъ онъ наконецъ, что если я женюсь на Маргаритѣ, этотъ бракъ составитъ ваше счастье, также какъ и счастье отца и сестеръ. И если я когда-нибудь рѣшусь перейти рубиконъ брака, то конечно мнѣ было бы очень пріятно знать, что моя жена любима и уважаема всѣмъ моимъ семействомъ. Но мнѣ кажется, что въ бракѣ главную роль играютъ взаимныя чувства супруговъ, съ моей стороны я не очень-то увѣренъ въ моихъ, а что же касается до чувствъ Маргариты. я признаюсь, что я не понимаю этой дѣвушки. Или это болѣе глубокая натура, чѣмъ мы думаемъ или...
-- О! Рауль, молчи, ради Бога! Маргарита глубокая натура! Молодая дѣвушка воспитанная въ монастырѣ, не знающая еще свѣта!.. вскричала баронесса.
-- Или я глупѣе, чѣмъ я себя считалъ, продолжалъ Рауль; должно быть, что это такъ и есть. Мои идеи о Маргаритѣ мѣняются каждый день, а иногда и нѣсколько разъ въ день. Иногда я ее обожаю, такой кажется она милой, очаровательной въ своемъ дѣтскомъ незнаніи зла; но потомъ вдругъ являются сомнѣнія, отъ ничего незначущаго жеста, отъ тона голоса, отъ взгляда. Ея смѣхъ никогда не очаровывалъ меня. Вы меня конечно спросите, какъ съ моимъ серьезнымъ характеромъ я занимаюсь такими вещами, какъ критика смѣха молодой дѣвушки. Но съ васъ будетъ достаточно знать, что я не думаю, чтобы она сколько-нибудь дорожила мной, и надѣюсь не быть настолько глупымъ, чтобы слишкомъ дорожить ей.