Я вытер кровь с меча о волосы жертвы. Мне было радостно, что прикончил этого грязного развратника и тем самым снял пятно с чести моего друга Нур Ана.
Однако сейчас было не время для размышлений. Я услышал шаги на лестнице, схватил труп и поволок его к потайной двери, скрывавшей вход в коридор, ведущий в Восточную Башню. Знакомый коридор, где мы были счастливы с Тавией.
Я втащил тело в коридор, закрыл за собой дверь и пошел в темноте к камере. Меня не оставляла надежда, что я найду там Тавию.
Когда я приблизился к знакомой двери, сердце мое отчаянно билось — совершенно незнакомое мне ощущение, которого я не могу объяснить. Я был уверен, что нахожусь в прекрасной физической форме. И если так, то что кроме неожиданной опасности может заставить биться сердце отважного воина, каковым я являлся? Должен сказать, что этот вопрос меня очень занимал.
Ожидание встречи с Тавией заставило меня забыть о неприятном ощущении, и когда я стоял возле двери, мой мозг был занят предчувствием радостной встречи с лучшим другом.
Я уже был готов нажать на пружину, как вдруг услышал в камере голоса. Мужской и женский. Но слов я не мог разобрать. Я осторожно приоткрыл дверь и заглянул в щелочку. То, что я увидел, заставило вскипеть мою кровь в жилах. Молодой воин в богатой одежде схватил Тавию и тащил ее к двери. Она отчаянно отбивалась.
— Не будь дурой, — хрипел воин. — Хай Озис отдал тебя мне. Тебя ждет жизнь лучшая, чем жизнь рабыни, которая тебе суждена.
— Я предпочитаю смерть или тюрьму, — ответила она.
В стороне стояла Фао. Глаза ее были полны сочувствия к Тавии. Было ясно, что она не может помочь Тавии, так как, судя по одежде, воин занимал высокое положение. Но мне на это было наплевать. Одним прыжком я оказался в центре камеры и грубо схватил воина за плечо. Я швырнул его с такой силой, что он упал на пол. Тут же Тавия и Фао удивленно вскрикнули, узнав меня.
Я уже держал в руке меч, когда воин с трудом поднялся. Но он не выхватил меча.