Затем я закрыл дверь и повернулся к бледной и дрожащей Саноме Тора.
— Я боюсь, — сказала она, — они вернутся и убьют меня.
— Придворные не вернутся, пока Тул Акстар не вызовет их. Они ведь уверены, что их повелитель забавляется с тобой. Ты же слышала его приказ.
Девушка кивнула.
— Вот его кинжал, — сказал я. — Если случится что-либо непредвиденное, ты сможешь продержаться некоторое время, угрожая убить его.
Однако она дрожала всем телом, и я боялся, что такое испытание ей не под силу. О, если бы на ее месте была Тавия! Уж она бы сумела сделать все, что надо!
— Я скоро вернусь, — сказал я и поднял с пола покрывало. — Пусть окно будет открыто, и к моему появлению будь готова.
Я накинул на себя покрывало и увидел, что она вся дрожит, а кинжал готов выпасть из ее пальцев. Но мне ничего не оставалось, как поторопиться на «Джаму» и скорее вернуться обратно.
Я пробрался в башню без всяких приключений. Надо мною сверкали яркие Барсумские звезды, а над самой крышей дворца горела самая яркая — Джасум — Земля.
«Джама», конечно, была невидима, но мое доверие к Тавии было так велико, что я знал: протяни я руку, я нащупаю борт корабля. Действительно, корабль уже был на месте. Трижды я осторожно стукнул о борт корабля. Таков был наш сигнал. Люк приподнялся, и через мгновение я уже был внутри.