— Не дай им схватить меня, — сказала она. — Я . не смерти боюсь.
Я понял, что она имеет в виду, и прижал ее к себе.
— Я не могу сделать этого, Тавия, не могу.
— Ты должен, — твердо ответила она, — Если ты относишься ко мне как к другу, ты не позволишь этим зверям взять меня живой.
Я был потрясен до глубины души, но понимал, что она права. Я достал свой кинжал.
— Прощай, Хадрон… мой Хадрон!
Грудь ее уже была обнажена, чтобы принять удар кинжала, лицо было повернуто ко мне. Боже, какое прекрасное лицо… и ни тени страха на нем.
Я не мог удержаться и приник губами к ее полураскрытому рту. Закрыв глаза, она со стоном прижалась ко мне.
— О, Боже! — выдохнула она, отстранившись от меня… и затем: — Они близко! Бей, Хадрон, бей!
Дикари уже хватались руками за камни на вершине. Я замахнулся, чтобы нанести удар кинжалом в эту прекрасную грудь. И тут, к моему удивлению, моя рука ударилась обо что-то над головой. Я посмотрел наверх: ничего. Я поднял руку, чтобы попытаться разрешить эту загадку, хотя наступал момент развязки.