Страх, немой, леденящий страх застыл теперь в глазах девушки. Напугать ее! Это было то, чего он так безуспешно добивался еще несколько времени тому назад, на "Полумесяце".
Теперь она открыто созналась, что боится его -- и это не доставило Байрну ни малейшего удовольствия. Наоборот, ему стало как-то не по себе.
А тут еще в прелестных глазах показались слезы и сдержанное рыдание сотрясло тело девушки.
-- И как раз тогда, когда я уже начала доверять вам! -- вскричала она.
Он взобрался на берег и, все еще держа ее в своих объятиях, стоял на мягком ковре из густой травы.
Наконец он медленно поставил ее на ноги. Он был весь еще охвачен безумным желанием, но в душе его крепло новое чувство, которое боролось со страстью.
Ему вспомнились предсмертные слова Терье: "Прощайте, Байрн, охраняйте мисс Хардинг как можно лучше". Вспомнились и свои собственные слова во время последнего разговора с умирающим французом: "Я полагаю, что неделю тому назад я взаправду был трусом и негодяем".
Билли стоял, уставившись в землю и все еще держа девушку за руку. Ее большие глаза вопросительно глядели на него. Она ждала своего приговора, как подсудимая.
Билли поднял глаза на девушку, и вдруг она представилась ему в новом свете.
Он понял, что никогда не сможет ее обидеть, потому что любит ее.