-- Вот тебе раз! -- пробормотал Билли. -- Неужели я и вправду жив?
Кровь перестала сочиться из его ран, но он чувствовал смертельную слабость и ломоту во всем теле.
"Видно, меня никакая смерть не берет!" -- подумал он.
Достиг ли Хардинг с Мэллори островка? Он надеялся, что да. Мэллори любил Барбару... Билли был уверен, что и Барбара тоже когда-то любила Мэллори. Он от всей души желал, чтобы она была счастлива. Ревности он не чувствовал никакой: Мэллори был ей ровня, Мэллори принадлежал к ее кругу, а он нет.
Как выглядел бы он в ее обществе? Ведь ей на каждом шагу пришлось бы краснеть за него, а он при своем самолюбии немог бы перенести этого.
Нет! Даже лучше, что дело так повернулось! Он искупил теперь зло, которое он причинил ей и Мэллори.
Они сочтут его мертвым, они сохранят о нем наилучшее воспоминание. Останься он жив, было бы гораздо хуже: он вечно связывал бы их благодарностью и мешал им быть счастливыми. Эта мысль заставила сжаться сердце Билли. -- Лучше бы мне сдохнуть! -- прошептал он.
Но он не "сдох". Наоборот, к вечеру он окреп, и муки голода и жажды заставили его обдумать, каким бы способом выбраться из ямы.
Он подождал до наступления темноты, а затем с невероятным трудом выкарабкался из западни. Туземцев не было слышно с прошлой ночи: они верно считали, что он умер от раны, и теперь, когда он выбрался на открытый воздух, до него доносился отдаленный шум деревни.
Байрн потащился к источнику, где умер бедный Терье. Это заняло не мало времени, но наконец он достиг его. Холодная вода его освежила и подкрепила.