Это было для меня чрезвычайно удобным случаем, и я воспользовался им; когда группа солдат прошла мимо моего укромного местечка, я пошел с ними, прошел через лабиринт дворца, пока не увидел благословенный свет дня, проникающий через целый ряд больших окон.
Здесь я оставил проводников и скользнув к ближайшему окну, ища места, удобного для побега. Окна открывались на большой балкон, выходящий на одну из широких улиц Зоданги. Почва была далеко внизу, около 30 футов, и на таком же расстоянии от дворца была стена футов двадцати вышиной, выстроенная из полированного стекла, толщиной около фута. Для красного марсианина побег этой дорогой казался бы невозможным, но для меня, с моей земной силой и ловкостью, это казалось исполнимым. Единственно чего я боялся, это что меня поймают во дворце до наступления темноты, так как я не мог при ярком свете прыгнуть на стену, тем более, что двор внизу и улицы были запружены зодангцами.
Потом я начал искать, где бы спрятаться, и наконец случайно увидел большое украшение, свисающее с потолка и не достигающее пола футов на десять, внутри которого было укромное место. Я с легкостью вспрыгнул в поместительную вазу и только успел усесться, как услыхал, что группа людей вошла в комнату и остановилась как раз под моей вазой, так что я ясно слышал каждое слово:
– Это работа гелиумцев, – сказал один из вошедших.
– Да, о джеддак, но как они проникли во дворец? Я не могу допустить, что даже один враг при особой внимательности стражи мог достигнуть внутренних покоев дворца, но каким образом пять или шесть вооруженных людей могли пройти незамеченными, это для меня непонятно. Мы скоро узнаем правду, так как вот идет царский психолог!
Еще один человек присоединился к группе, и приветствовав правителя, сказал:
– О могущественнейший джеддак, я прочел странную историю в мертвых душах твоих воинов, Они были убиты не несколькими людьми, а одним противником…
Он помолчал, чтобы слушатели оценили как следует его сообщения, и что его словам мало поверили, было ясно видно по нетерпеливому возгласу недоверия, сорвавшемуся с уст Тзэна Козиса:
– Что за чудесные сказки приносишь мне ты, Нотам? – крикнул он.
– Это правда, мой джеддак! – ответил психолог. – На мозгу каждого из четырех убитых отпечатки были очень сильны. Их враг был высокого роста, носящий знак вашего собственного телохранителя, и его умение бороться почти чудесно, так как боролся он один против четверых и победил их своей огромной хитростью и сверхчеловеческой силой и выносливостью. Хотя он и носит знак Зоданги, мой джеддак, такого человека еще не было в этом или другом городе Барсума. Душа принцессы Гелиума, которую я спрашивал и экзаменовал, для меня непонятна, она прекрасно владеет собой. Она сказала, что присутствовала лишь при одной части сражения и что она видела только одного человека, который боролся со стражей и которого прежде она никогда не видела.