Я взял курс на Гатол и включил двигатель на полную мощность. За нами должны были броситься в погоню, но на таком флайере я не очень опасался ее. Никто не сможет догнать нас.
Считалось, что Гатол — один из самых старых городов Марса, к тому же один из немногих, остававшихся свободными, несмотря на то, что старые алмазные копи еще не полностью истощились.
Когда-то город был выстроен на острове посреди Троксеуса, самого большого из пяти океанов Барсума. Когда океан начал пересыхать, город постепенно опускался вниз, к подножию холма. Внутри этот холм был весь изрезан шахтами.
С суши Гатол был защищен обширной соляной пустыней. Боевые воздушные корабли не могли приземлиться в Гатоле, так как там не было ни одной мало-мальски пригодной для посадки площадки. Джэддаком Гатола был Гохан, отец Ланы. Я собирался вернуть Лану отцу и матери, Таре из Гелиума. Теперь мы почти достигли цели и я смогу вернуться в Гелиум, к своей несравненной Дее Торис, которая опять беспокоится обо мне. Джад Хан сидел рядом со мной. Лана спала, а Ная Дан Чи пребывал в подавленном настроении — обычном состоянии всех влюбленных.
Мне было жаль его и я мог бы вывести его из депрессии, поведав ему о первых слова Ланы во время бегства, но не стал делать этого. Я хотел, чтобы тот, кто завоюет любовь Ланы, сделал все самостоятельно, поэтому и позволил бедному Ная Дан Чи страдать от пренебрежительных слов Ланы.
Мы подлетели к Гатолу перед самым рассветом. На небе уже не было ни одной луны и предрассветный мрак сковал планету. В городе было темно. Я не видел ни одного огонька.
Лана вышла из каюты и села рядом со мной.
— Мне страшно, — проговорила она.
— Да, здесь что-то не так, — согласился я. — Пожалуй, прежде чем садиться, я дождусь дня.
— Посмотри, — сказала Лана, указывая на темную громаду гор. — Видишь огни?