Одним огромным прыжком он очутился на частоколе, повис там на одно мгновение и спрыгнул на землю по ту сторону забора. Теперь Джэн была почти уверена в том, что она находится в объятиях своего мужа, а когда обезьяна влезла на дерево и по веткам понеслась в джунгли, как это много раз проделывал Тарзан, она даже перестала сомневаться.
Приблизительно в версте от лагеря разбойников, на освещенной луной прогалине, ее спаситель остановился и бросил ее на землю. Резкость его движения удивила Джэн, но она все же была убеждена, что это был Тарзан. Она снова позвала его по имени. Но в этот момент обезьяна, стесненная непривычной человеческой одеждой, сорвала с себя бурнус -- и глазам пораженной ужасом женщины представились страшное лицо и волосатая фигура гигантской человекообразной обезьяны.
Вопль ужаса вырвался из груди Джэн Клейтон, и она лишилась сознания. Из-за ближайших кустов лев Нума голодными глазами смотрел на них и облизывался.
Тарзан обыскал всю палатку Ахмет-Зека. Он раскидал постель и разбросал по полу содержимое всех мешков и ящиков, находившихся в палатке. Ни один предмет не ускользнул от его зорких глаз. Он перевернул вверх дном всю палатку, но сумочки с красивыми камешками все-таки не нашел.
Убедившись, что его сокровища здесь нет, Тарзан решил вернуться к самке и завладеть ею прежде, чем продолжать свои дальнейшие поиски.
Приказав Чолку следовать за ним, он вышел из палатки тем же путем, которым вошел, и, совершенно открыто пройдя через всю деревню, направился к хижине, в которой была заключена Джэн Клейтон.
Ему бросилось в глаза, что Таглата здесь нет. А между тем Таглат должен был ждать его около палатки. Но, знакомый с капризами и непостоянством обезьян, Тарзан не придал этому большого значения. Пока Таглат не мешал его планам, Тарзану было безразлично, где он прятался.
Когда Тарзан приблизился к хижине, он заметил у ее дверей толпу народа. Люди казались очень возбужденными, и Тарзан, опасаясь, что Чолк, несмотря на его костюм, будет узнан, велел ему уйти в конец деревни и там подождать.
Чокл заковылял к частоколу, стараясь держаться в тени, а Тарзан смело подошел к взволнованной толпе. Торопясь узнать, в чем дело, он смешался с толпой чернокожих и арабов, и совершенно упустил из виду, что только у него одного были копье, лук и стрелы, и что этим он должен был навлечь на себя подозрение.
Работая плечами, он протолкался сквозь толпу и был уже у самых дверей. Но в эту минуту один из арабов опустил руку на его плечо.