Когда глаза мои снова вернулись в острову, где мы стояли, я увидел гигантскую фигуру у близлежащего куста джунглей недалеко от внешней стены. За ней последовали вторая и третья. Рас Тавас заметил, что эти существа привлекли мое внимание.
— Это, — сказал он, указывая на них, — одна из того огромного количества причин, почему было бы небезопасно за оградой.
Это были белые обезьяны Барсума, существа огромного роста и настолько лютые, что даже свирепый барсумский лев — бенс — не решается встать у них на пути.
— Они служат двум целям, — объяснил Рас Тавас. — Они останавливают тех, кто мог бы прокрасться ко мне из столицы Тунола, где у меня есть некоторое количество добрых врагов, а также предотвращают дезертирство со стороны моих рабов и ассистентов.
— Но как твои клиенты добираются сюда? — спросил я. — Как снабжается твоя лаборатория?
Он повернулся и указал на высшую точку на симметричной крыше здания. Постройка на ней была похожа на небольшой ангар.
— Здесь, — сказал он, — я держу три небольших корабля. Один из них каждую ночь ходит в Тунол.
Я поборол желание узнать побольше об этих кораблях, которые являлись, как я подумал, очень удобным средством для бегства с острова. Но спрашивать я не стал из опасения вызвать подозрения.
Когда мы повернулись, чтобы начать спуск по пандусу башни, я выразил интерес к постройке, которая не без оснований могла считаться более старой, чем любое другое строение.
— Это башня, — сказал Рас Тавас, — была построена около двадцати тысяч пятисот лет назад моим предком, которого преследовал джеддак, царствовавший в то время. Здесь и на бесчисленных островах он собрал значительное число последователей, управляя окружающими топями, завися только от себя в течение многих сотен лет, пока ему не было разрешено вернуться обратно в Тунол. К этому дому одно за другим пристраивались остальные здания, которые ты видишь вокруг башни. Каждое из них продолжает более старое от верхушки до подвалов.