Тюран, при звуках страшного рычания подошел ко входу шалаша и при виде представившейся ему картины прыгал на месте и кричал им по-русски:
-- Бегите, бегите! А то я останусь один в этом ужасном месте, -- и с этими словами он упал на пол и залился слезами.
На мгновение новый голос отвлек внимание льва, и он приостановился, бросив вопросительный взгляд в сторону дерева. Клейтон не мог больше выдержать. Повернувшись к зверю спиной, он закрыл лицо руками и ждал.
Девушка с ужасом смотрела на него. Почему он ничего не делает? Если надо умереть, почему он не умрет, как настоящий мужчина? не бросится на страшного зверя с палкой, хотя это и было бесполезно? Так ли держал бы себя Тарзан от обезьян? Не умер бы он, по крайней мере, геройски сражаясь до конца?
Вот лев пригнулся для прыжка, который положит конец их молодым жизням под жестокими, терзающими желтыми клыками. Джэн Портер опустилась на колени и молилась, закрыв глаза. Тюран, обессиленный лихорадкой, потерял сознание.
Проходили секунды, за ними минуты -- вечность целая -- зверь не прыгал. Клейтон почти лишился чувств в этом ожидании -- колени у него дрожали, еще минута -- и он упал бы в обморок.
Джэн Портер не выдержала больше. Она раскрыла глаза. Не грезит ли она?
-- Вильям, -- позвала она, -- взгляните.
Клейтон кое-как справился с собой, поднял голову и обернулся ко льву. С уст его сорвалось восклицание удивления. У самых их ног зверь лежал мертвый. Тяжелое боевое копье торчало в буром теле. Оно вошло сзади, повыше правого плеча и, пронзив тело насквозь, попало в сердце.
Джэн Портер поднялась на ноги, Клейтон подходил к ней, когда она зашаталась от слабости. Он подхватил ее, привлек к себе и, наклонив голову, в порыве благодарности судьбе, поцеловал ее.