Но на этот раз оказалось, что судьба свела его с существом, таким же проворным и быстрым, как он сам. Когда тело его ударилось о то место, где только что стоял человек, того там уже не было.
Наблюдающая девушка окаменела от изумления, видя, как легко этот согнувшийся человек ускользнул от страшных когтей. А теперь, о Аллах! Он обежал "эль адреа" раньше, чем зверь успел повернуться, и схватил его за гриву. Лев вздыбился, как лошадь, Тарзан этого, очевидно, ожидал и приготовился. Мощная рука охватила горло зверя под черной гривой, и раз, два, десятки раз острое лезвие вонзилось повыше плеча.
Бешено прыгал Нума, страшным ревом боли и ярости оглашал горы, но не мог сбросить с себя гиганта, уцепившегося сзади, и не мог задеть его ни когтями, ни клыками. Жизнь быстро покидала "большеголового царя". Он был мертв, когда Тарзан от обезьян разжал руки и стал на ноги. И тогда дочь пустыни услышала то, что испугало ее больше, чем даже появление "эль адреа".
Человек поставил ногу на труп убитого зверя и, подняв красивое лицо к луне, испустил самый страшный крик, какой когда-либо долетал до ее ушей.
С легким испуганным возгласом она отшатнулась от него, подумав, что напряжение борьбы свело его с ума. Когда последние отзвуки последних нот боевого клича замерли вдали, человек опустил глаза, и взгляд его остановился на девушке.
Тотчас лицо у него осветилось ласковой улыбкой, свидетельствующей о том, что он вполне здоров, и девушка еще раз облегченно перевела дух и улыбнулась в ответ.
-- Что вы за человек? -- спросила она. -- То, что вы сделали, неслыханно. Я и сейчас не могу поверить, чтобы человек, вооруженный только ножом, мог бороться один на один с "эль адреа" и победить его, оставшись невредимым! А этот нечеловеческий крик!
Тарзан покраснел. -- Я забываю иногда, -- сказал он, -- что я цивилизованный человек. Когда я убиваю, я превращаюсь в другое существо. -- Он ничего не прибавил больше, потому что ему всегда казалось, что женщина не может смотреть без отвращения на того, кто так недалеко еще ушел от зверя.
Они вместе продолжали путь. Прошел час после восхода солнца, когда они снова вступили в пустыню, спустившись с гор. Около небольшого ручейка паслись лошади девушки. Они направлялись домой и, успокоившись, начали кормиться.
Тарзан и девушка без труда поймали их и поскакали пустыней к "дуару" шейха Кадур бен Садена.