Размышления Билли на эту тему были грубо прерваны энергичной атакой четырех джентльменов, которые одновременно набросились на него сзади и повалили на землю. Билли не издал ни единого звука, но упорно боролся за свою свободу, боролся со всеми приемами Большой авеню, которые быть может не очень красивы, но зато действенны.
Однако, один против четырех, когда все преимущества находятся на стороне этих четверых, -- борьба слишком неравная, а когда Грэйсон и Хозе выбежали узнать причину шума, причем управляющий присоединился к четверым вилластанцам, Билли был окончательно побежден! Каждый из его противников уносил с собою воспоминание об этой битве на много дней, но это было слабой компенсацией за потерю свободы.
Разоружив пленника и скрутив ему руки за спиной, "ни подняли его на ноги и осмотрели его.
-- Кто вы? -- спросил взбешенный Грэйсон. -- Что вы за мной шпионите, а?
-- Кто я -- не твое дело, -- ответил Билли. -- А насчет шпионства, так я не шпионил, хотя по твоим глазам вижу, что не мешало бы за тобою последить!
В эту минуту невдалеке от хижины заржал пони.
-- Это его лошадь, -- сказал один из вилластанцев и вскоре вернулся, ведя за собою дикого пони и Бразоса.
Как только Грэйсон увидел Бразоса, он издал радостное восклицание:
-- Ага! Теперь я знаю, кто он! Вы подцепили славную рыбку! Это тот самый тип, который ограбил банк в Куиваке. Я узнаю его по описанию наших ковбоев, а что с ним этот самый Бразос, этим еще более подтверждается мое подозрение. Поздравляю, сержант! Можете рассчитывать на повышение по службе.
-- Само собой, -- вмешался Билли насмешливо. -- Тебя Вилла за это сразу в адмиралы произведет... Но вы меня еще не доставили к нему, голубчики! Для этого требуется больше четырех мексиканцев!