-- Вы двое, -- продолжал он, обращаясь к обоим мексиканцам, -- займите позиции на западной и южной стороне дома. Синг может остаться здесь с мистером Хардингом. Я возьму на себя северную часть, что против конторы. Стреляйте в первого, кто высунет голову. Если мы сможем удержаться до наступления темноты, нам, пожалуй, удастся отсюда выбраться. Что бы ни случилось, не подпускайте их близко, чтобы они не могли поджечь дом. Они, наверное, попытаются это сделать.
Только через четверть часа последовала вторая атака. Пять спешившихся солдат ринулись на северную часть дома; но, когда Бридж сразил первого из них раньше, чем он пробежал десять шагов, и ранил второго, то остальные отступили, ища прикрытия.
Несколько раз пытался Пезита приблизиться к дому со своими солдатами, но каждый раз их атаки отбивались, и наконец он отказался от своего намерения поджечь дом или взять его штурмом.
-- Они ожидают темноты, -- сказал Бридж мистеру Хардингу во время перерыва враждебных действий. Мы погибли, если ковбои вовремя не вернутся из-за реки!
-- Не можем ли мы уйти отсюда, когда стемнеет? -- спросил Хардинг.
-- Пожалуй, это единственная надежда, если не придет помощь, -- ответил Бридж.
Но, когда настала ночь и осажденные сделали попытку покинуть дом со стороны, противоположной конторе, они были встречены градом пуль. Один из мексиканских защитников упал, раненый насмерть. Другие едва успели втащить его в дом и снова забаррикадировать дверь, как пять солдат Пезиты бросились на их укрепления. Их удалось отбить с большим трудом. Снова наступил перерыв, но всякая надежда на бегство пропала, и Бридж приказал защитникам занять прежние посты у верхних окон, откуда они легче могли наблюдать за передвижением врага.
По мере того, как тянулись томительные часы, защитниками овладело чувство безнадежного отчаяния. Патроны были почти все расстреляны -- на каждого человека осталось по нескольку зарядов. Было ясно, что Пезита, из чувства мести, не отступит теперь, пока не овладеет крепостью.
С такими невеселыми перспективами ожидали они решительной атаки и боялись не дотянуть до нее своего небольшого запаса снарядов. Штурм начался как раз перед рассветом. Со всех сторон послышались ружейные выстрелы и дикие крики бандитов. Из первоначального числа двадцати солдат их едва ли осталось двенадцать, но они восполняли количественную убыль быстротой выстрелов и свирепостью своих диких криков. На этот раз они достигли веранды и начали таранить главную дверь...