Больше Фланнагэн не видел ни Билли, ни его спутника. След обрывался у открытого окна уборной в задней части ресторана, и, несмотря на все старания агента, он не мог их выследить дальше.
Никто в Канзас-Сити не видел в ту ночь двух мужчин, отвечающих описанию, которое мог дать Фланнагэн, во всяком случае -- никто, с кем ему пришлось говорить. Он был принужден обратиться за содействием к начальнику розыска в Канзас-Сити. Тот отрядил дюжину полисменов для обысков в районах города, где всего вероятнее мог укрыться бежавший убийца.
Фланнагэну только что заявили, что при обходах задержаны три подозрительные личности, и он с нетерпением ждал их появления.
Когда дверь открылась и трое арестованных были введены в комнату, где сидел Фланнагэн, этот последний только фыркнул. Он хотел этим способом выразить свое личное мнение о догадливости и уме полицейских чинов Канзас-Сити. Из трех арестованных один оказался тощим юношей с землистым лицом, который, очевидно, находился еще под влиянием кокаина; второй был старым бородатым бродягой, а третий явным китайцем.
Даже профессиональная вежливость не смогла удержать Фланнагэна от горького сарказма. Он собирался высказать все, что он думал об уголовном розыске Канзас-Сити, когда раздался резкий звонок телефона у стола начальника.
Начальник внимательно слушал какое-то длинное сообщение, взволнованно предложил несколько вопросов, а затем, положив трубку на стол, повернулся к Фланнагэну.
-- Ну-с, -- сказал он, -- думаю, что я вам достал-таки вашего молодца. Какой-то человек сообщил по телефону, что он только что видел Байрна около Шауни. Он желает знать, разделите ли вы с ним награду.
Фланнагэн небрежно зевнул.
-- Могу себе представить, -- сказал он иронически, -- какой он подцепил чудный фрукт.
И он насмешливо взглянул на три образчика, стоявших перед ним.