— Это похоже на не перемещающуюся тень, отброшенную сверху! — заметил один из путешественников.
Тень не могла проникнуть так далеко. Глубина океана в этом месте была никак не меньше двух тысяч метров.
Ибрагимов навел прожектор. Очертания загадочного силуэта вырисовались с поразительной четкостью.
— Ба-а… коралловый остров! — воскликнули хором несколько человек.
Без особых усилий удалось обнаружить под слоем ила отмершие колонии полипов.
— Очень важное открытие, — констатировал Ибрагимов. — Коралловый остров — лучший свидетель того, что обследуемая нами территория когда-то представляла собою сушу или почти сушу, очень медленно, постепенно опустившуюся на морское дно.
Казалось бы, должно было быть наоборот. Но это не так. Все дело в том, что вид полипов, образовавших остров, может жить на глубине не более двадцати метров. Они строят свои колонии, иногда поднимающиеся над водным уровнем на несколько метров. Здесь коралловый фундамент углубляется на две тысячи метров. Нижние, мелководные, кораллы могли попасть сюда, лишь опускаясь вместе с дном.
Решено было проверить предположение Ибрагимова. Через полчаса путешественники, точно в трюковой кинофильме, взбирались на фантастическую колонну.
Вскоре они натолкнулись на непреодолимое препятствие: от водной поверхности их отделяла… почва… Получалось, будто под верхним морем находилось второе, нижнее море… море, отделенное почвенным пластом…
Еще задолго до установления этой странности водолазы обратили внимание на то, что лучи прожектора лизали громадный непроницаемый свод. Не разгорался и отблеск наземного дня, хотя блеск солнца обычно проникает сквозь водный слой на двести метров, а здесь приборы отмечали глубину всего сто десять метров. Повсюду лучи прожекторов ломались о непонятный свод.