При этих словах Клодина поправила свою юбку и косынку, приведенные в некоторый беспорядок кустами ежевики и терновника.
- Вы ангел! Ангел, ангел, юная фрау! - с жаром воскликнул Арман Вернейль, призывая на помощь все свои познания немецкого и прижимая к губам руку девушки.
В следующий миг раздался свирепый лай.
- Они идут, - сказал Гильйом с беспокойством. - Надобно на что-нибудь решиться.
Капитан вздохнул.
- Право, эта травля начинает надоедать мне. Я не хочу более подвергать опасности честных людей, принимающих во мне участие... Не лучше ли отдаться этому неприятельскому офицеру, который преследует меня с таким ожесточением?
- У вас всегда будет время сделать это, - возразил пастор.
- Нет, нет! - прошептала Клодина со слезами на глазах.
- Уж не хотите ли вы, чтобы я играл в прятки с этими ищейками? - с иронией спросил Арман Вернейль. - Наступает вечер и благодаря темноте, мне, быть может, удастся скрыться от них... Хотя, говоря откровенно, я не нахожу в настоящую минуту большого удовольствия в этой игре...
- Не говоря уж о том, что вы можете попасть под пулю, - прибавил Гильйом, - что было бы жалко, потому что, несмотря на кажущуюся ветреность, вы добрый и храбрый молодой человек. У меня есть другое средство.