- Капитан Раво, прежде чем оскорблять меня таким образом в моем собственном доме, в присутствии моего семейства, вам следовало бы подумать, извлечет ли друг ваш какую-нибудь выгоду из такого непристойного поведения. Не оправдывайтесь, полковник Вернейль, я не хочу думать, что вы были причастны к этому. Между тем, в дальнейшем не намерен подвергаться подобным оскорбительным выходкам.
Он поклонился и вышел из зала.
- Ах, мсье, что вы наделали? - прошептала виконтесса, заливаясь слезами. - Это испытание было последним, и вскоре... Отец раздражен, а если бы вы знали, как он упорен в своем гневе!
- Мадам, - вмешался виконт, - мы поговорим об этом после. А теперь надо постараться успокоить отца. Мы должны предупредить, если возможно, новые несчастья.
Он взял жену за руку и поспешно увел ее.
Оставшись одни, Арман и Раво молчали, не глядя друг на друга. Наконец Раво встал, и, подойдя к своему другу, смущенно произнес:
- Что, Вернейль, ты в самом деле недоволен мной... за...
- Оставь меня, - с раздражением ответил Арман. - Ты в несколько минут разбил пятнадцатилетнюю дружбу. Все кончено между нами. Оставь меня!
- Вот, что называется, от одного берега отстал, а к другому не пристал! - сказал Раво жалобным голосом. - Все нападают на меня, потому что я осмелился защитить жизнь и спокойствие товарища... В самом деле, можешь ли ты сердиться на меня за верность тебе?
- Твоя дружба подобна дружбе медведя из басни, который берет булыжник, чтобы отогнать муху... Но довольно! Капитан Раво должен понять, что, нанеся такое оскорбление хозяину дома, ему следует уйти отсюда, и немедленно.