Это было сказано тоном оракула, который произвел большое впечатление на присутствующих. Наступило минутное молчание.
-- По вашему мнению, что же это такое, мосье Флоризель? -- спросила хорошенькая трактирщица. -- Барон Ларош-Боассо уверяет, что это волк, а он, кажется, должен знать толк в этом...
-- Я слышал, что это рысь... Этот зверь видит сквозь стены, -- сказал бочарь.
-- А я думаю, что это лев, вырвавшийся из зверинца Монпелье, -- прибавил торговец швейными товарами.
-- А я полагаю, -- возразил Блиндэ с притворной серьезностью, -- что это слон. Слон, вы знаете, может при помощи своего хобота делать массу разных вещей; таким образом объясняется, как этот зверь мог отворить и затворить дверь!
Общий хохот встретил эти слова. Только одна мадам Ришар восприняла шутку всерьез.
-- А если бы и слон, -- сказала она наивно, -- барон Ларош-Боассо такой искусный охотник, что сумеет с ним справиться! Ручаюсь вам!
Между тем Флоризель обиделся на сарказм Блиндэ и ответил, закусив губу:
-- Каждый вправе приписывать несчастья страны крысе, льву, даже слону, как предполагает мосье Блиндэ со своей необыкновенной проницательностью. А я же имею на этот счет свое мнение и утверждаю, что это зверь... мнимый жеводанский зверь...
-- Волк! -- сказал грубый голос откуда-то из последних рядов собравшихся. -- Я это знаю, потому что видел его! И не позже, как вчера вечером!