И монахъ сталъ было запускать поглубже свои пальцы.
-- Что вы дѣлаете?-- вспыхнувъ, закричала дѣвушка, пытаясь вырваться.-- Довольно. Не смѣйте!..
-- Еще, еще немножко. Прекрасная грудь -- настоящее мѣсто для ношенія такого наплечника.
Монахъ наклонился къ дѣдушкѣ, но вдругъ полетѣлъ назадъ отъ сильнаго удара. Ударъ былъ такъ неожиданъ и силенъ, что онъ едва устоялъ на ногахъ и выронилъ изъ рукъ наплечникъ.
-- Кто осмѣлился?-- закричалъ онъ, съ трудомъ возстановляя потерянное равновѣсіе и едва сдерживая ругательство.-- Господь...
-- Молчи, монахъ,-- строго сказалъ секретарь.-- Ты оскверняешь имя Господа своими устами. Иди, постись и очисти душу свою отъ нечистыхъ желаній, противъ которыхъ ты будешь потомъ проповѣдывать.
-- Какъ, еще еретики! О, Господи, сжалься надъ этимъ грѣховнымъ городомъ, который недостоинъ твоего благословенія. Здѣсь пренебрегаютъ твоими дарами и оскорбляютъ твоихъ служителей! О, горе, горе!
Онъ взялъ грязи съ улицы и опустилъ ее себѣ на голову. Было довольно холодно, и она не запачкала его одѣянія, новаго и крѣпкаго.
-- А теперь я пойду увѣдомить епископа.
-- Ступай, монахъ, ступай. Не думай, что ты запугаешь меня, ибо я принадлежу къ совѣту. Если я захочу, то отъ вашей мерзкой торговли завтра же не будетъ и слѣда.