"Я, Екатерина Заан, ваша покорнейшая слуга, сеньор Сарредо, - ответила весело наша проводница. - Мы носим белье к ван Димену каждую субботу, как вы знаете. Его жена больна, а остальные женщины в доме - ничего не стоят. Белья было порядочно, оттого мы так и запоздали".
"Вот уж не предполагал, чтобы здешний народ был такой опрятный, - проворчал сержант. - Местечко-то не очень опрятно. Ну, покажитесь-ка, действительно ли ваши прачки такие хорошенькие, как должны быть?"
Он вылез из караулки, подошел к Изабелле и, взяв ее за подбородок, поднес к ее лицу фонарь. "О, да ты прехорошенькая", - сказал он и хотел ее поцеловать.
Изабелла быстро ударила его по лицу.
"Ах ты, дрянь этакая, - закричал он. - За кого ты себя принимаешь? А вот я задержу тебя здесь да поучу хорошим манерам!"
"О, Боже мой! Сеньор Сарредо, оставьте бедную девушку! - закричала Екатерина. - У нее нет матери, и она плохо воспитана. Послушай, Анна, ведь господин офицер похвалил тебя. Проси скорее прощения".
Изабелла пробормотала что-то, вовсе не похожее на извинения.
"Теперь, сеньор Сарредо, вы должны быть довольны. Становится уже поздно, надо скорее идти, а то, если я не вернусь домой вовремя, мой муж будет сердиться".
Сержант все еще стоял перед Изабеллой, загораживая ей дорогу. Дело принимало скверный оборот, и я сказала:
"А мной вы, господин офицер, не интересуетесь, Не очень-то это вежливо".