Мне было смешно в душе. Пожав плечами, я прибавил холодно:
- Впрочем, если господину ван Шюйтену угодно занять мое место и стать начальником всех вооруженных сил в городе, то я против этого ничего не имею. Это будет очень приятно для испанцев. Не пеняйте только на меня, если дело примет плохой оборот.
Тут поднялся ван Шюйтен и важно заявил:
- Вам нечего задевать меня. Я и раньше говорил, имея в виду только благо общины, и теперь буду говорить так же, не считаясь с тем, что мои слова, быть может, вызовут ваше неудовольствие.
"Ого! - подумал я про себя. - Цыплята осмелели и делаются уж слишком развязны".
- Пожалуйста, не стесняйтесь, господин ван Шюйтен, - холодно промолвил я. - Но позвольте и мне также не считаться с вашими страхами в интересах чести города.
При этих словах поднялся член совета, говоривший первым. Обыкновенно он держался всегда сзади, я не замечал его до сих пор и даже не знал наверно его фамилии.
- Вы просите нас дать вам много денег и подвергаете опасности жизнь весьма многих, - начал он. - Я не буду больше говорить о вашем командовании, чтобы не вызывать с вашей стороны нападок на ван Шюйтена. Может быть, мы не знаем толку в подобных делах, ибо мы простые граждане Голландии, не испанские гранды. Потому-то мы так и заботимся о жизни наших сограждан.
- Я теперь сам голландец. Прошу этого не забывать, - резко возразил я.
Он не обратил внимания на мое замечание и продолжал: