Она сказала это с большой теплотой и с таким достоинством, что мне оставалось только отвесить поклон и промолвить:
- Вы очень добры, сеньорита.
- Я говорю, что чувствую, сеньор. Но я забыла свои обязанности хозяйки, - с улыбкой прибавила она и позвонила в колокольчик, который стоял возле нее на столе.
Вошел слуга с подносом, на котором были две бутылки вина, стаканы и фрукты.
- Это испанское вино, а это бургундское, с нашей родины. Пожалуйста, берите, какое вам больше нравится.
- В таком случае я выпью бургундского, - сказал я с поклоном.
Чокаясь с ней, я встретил ее прямой открытый взгляд и сквозь зеленые стаканы уловил недоверчивый взгляд донны Изабеллы. Через головы моих собеседниц я видел в открытое окно, как липы тянулись своими ветвями к голубому небу.
- Я был во Франции и удивлялся ее чудным виноградникам. Но я был там во время войны и боюсь, что у населения остались не особенно хорошие воспоминания о нашем посещении. Это уж несчастье каждого солдата приносить туда, куда он является, разорение и разрушение.
- Вы, конечно, не можете сказать это о себе, - попробовала она возразить.