Обращаясь к дальнейшему ходу дела Н. Бестужева, должно отметить, что Комитет сделал целую сводку из показаний Дивова, Беляевых и Цебрикова (в изд. No 14) и на основании этого материала предложил 9 мая Н. Бестужеву вопросы (в изд. No 15), на что Н. Бестужев дал свой ответ (в изд. No 16). По поводу этого вопроса под 9 мая в протоколе находим такую краткую запись: "допрашивали кап.-лейт. Бестужева; сознался, что он увлек за собой Гвардейский Экипаж на площадь. Показание же Штейнгеля (что Каховский, говоря с ним, Бестужевым, сказал: "с этими филантропами делать нечего, тут надобно резать, да и только", -- не признал совершенно справедливый, ибо помнит только следующие слова Каховского: "с этими филантропами нечего делать", но, чтобы он прибавил: "надобно резать, да и только"-- не слыхал". -- Надо заметить, что последние протоколы Комитета вообще отличаются, несмотря на их обширный объем, краткостью. В них мы не находим упоминаний о довольно значительной количестве допросов и очных ставок, какие происходили в конце апреля и в мае 1826 г.
Следует еще сделать разъяснение по поводу одного места в No 20--именно в "выписке показаний", где (на стр. 93) приводится следующая выдержка из показаний В. Кюхельбекера: "на площади происходили большие беспорядки, а наипаче московские стреляли без приказания, тогда он (т.-е. Кюхельбекер) предложил команду Н. Бестужеву, от чего он уклонился". Приводя эту выписку, составитель выборки ссылается на "черные ответы". В деле В. Кюхельбекера под No 14 имеются "некоторые подробности", какие Кюхельбекер приводит в дополнение первого своего показания, данного перед ген. Левашовым. Приведенное выше место заимствовано из начала этих "дополнений", представляя небольшой перифраз последних. Надо заметить, что в оригинале эти "дополнения", т.-е. No 14, писаны с целым рядом поправок, дополнений, исправлений, что подало повод составителю выписки в деле Н. Бестужева назвать это "дополнение" "черными ответами".