-- Пока лэди Августа не прикажетъ мнѣ уѣхать.
-- Значитъ, вы останетесь здѣсь навсегда?
-- Можетъ быть. Не знаю.
Сивилла оглядѣла комнату, наполненную дорогой отцовской коллекціей.
-- О! сказала она, когда избавимся мы отъ этой ненавистной атмосферы тайны? Еслибы вы знали, прибавила она, указывая на полки, какъ я ненавижу всю эту страшную чепуху, собранную здѣсь.
-- Вы правы, отвѣчалъ Пауль, трудно найти лучшую коллекцію почтеннаго вздора, чѣмъ коллекція вашего отца.
-- И однако вы поощряете его своей Книгой Соломоновой Премудрости и росказнями про Менелека и Исаака Фелаха. Какъ можете вы говорить такой вздоръ?
-- Для васъ это вздоръ? Очень жаль. Въ тотъ день, когда вы перестанете считать это вздоромъ, вы будете намъ симпатизировать. Но этотъ день никогда не настанетъ.
-- Никогда.
-- Что до насъ касается, то мы вѣримъ, что обладаемъ значеніемъ и силой, и это служитъ намъ утѣшеніемъ.