-- Сколько вамъ угодно, сэръ, если только это къ чему-нибудь приведетъ.
-- Хорошо. Пока не ѣздите къ женѣ и не пишите ей, и вообще не давайте ей знать о своемъ возвращеніи. Агентомъ для моего ученика вы не годитесь быть, но я постараюсь найти вамъ другое занятіе. А пока вотъ вамъ соверенъ. Я вамъ напишу... денька черезъ два. Но смотрите, сдѣлайте такъ, какъ я вамъ говорю. Теперь ступайте.
Человѣкъ ушелъ, и Поль вышелъ изъ спальни, гдѣ слушалъ всю бесѣду.
-- Ну что скажешь, Поль, вѣдь это совпаденіе обстоятельствъ... Совпаденія всегда бываютъ, всегда. Что привело сюда этого человѣка? Вѣдь онъ отецъ той дѣвушки, Поль?
-- Да. Онъ отецъ Гетти. Что-то подумаетъ о немъ Гетти? Не такой это папаша, которымъ можно было бы гордиться.
-- Возвратить дѣвушкѣ давно потеряннаго отца было бы, мнѣ кажется, недурно, Поль. Жаль, что онъ не богатъ... какъ его изобразили бы въ газетахъ.
-- Онъ кажется препротивнѣйшій снобъ. Но все же... если это можетъ быть пріятно для Гетти. Я сдѣлаю это, я это сдѣлаю. Отецъ Гетти и братъ Цециліи. Двоихъ въ одинъ день! двоихъ въ одинъ день!
XV.
Всего одинъ лишь день остается до 23 числа. А ни одного слова, ни одного знака отъ таинственныхъ владѣльцевъ чэковъ. Поль однако сохраняетъ неизмѣнную ясность духа.
Утромъ, 22 числа, когда всѣ домашніе расходились послѣ завтрака, Томъ и Сивилла отстали отъ другихъ.