-- Вы не должны учить ее думать о деньгахъ, м-съ Медлокъ, иначе вы ее испортите.
-- Конечно., во всякомъ случаѣ, не теперь. Но я надѣюсь, что духи будутъ милостивѣе къ ней, чѣмъ къ ея бѣдной матери. Ахъ! лэди Августа! въ коллегіи потребуются секретари и клерки, и какъ бы я была рада быть полезной. Гетти могла бы сообщаться съ духами, а я, знаете, собирать плату за входъ.
-- Право же, объ этомъ слишкомъ рано толковать.
-- Это какъ разъ такое дѣло, на которое я гожусь. Я всю жизнь къ нему рвалась. Я могла бы быть такъ вамъ полезна, и, ахъ! еслибы вы знали, какъ я нуждаюсь въ трудѣ. Послѣднее общество разстроилось и... и... вотъ опять этотъ м-ръ Руджъ. Вы знаете, за что ему отказали отъ послѣдняго мѣста?
Тутъ Лавинія удалилась, и достопочтенный Веніаминъ Руджъ подошелъ, сладко улыбаясь.
-- Чудный сеансъ, лэди Августа, чудный. Я сегодня же вечеромъ, прежде, чѣмъ лягу спать, напишу полный отчетъ о манифестаціяхъ. Вечеръ былъ полонъ неожиданнаго и поучительнаго, онъ далъ не только умственную и духовную, но и религіозную пищу, преимущественно религіозную. Будущее увидитъ великолѣпное развитіе того, что мы, полагаю, должны отнынѣ называть древнимъ закономъ. И, по мѣрѣ того, какъ движеніе будетъ рости и развиваться... развиваться и раз-вѣт-вляться -- и онъ растопырилъ руки, показывая, какъ оно будетъ развиваться -- вамъ понадобится организаторъ, лекторъ, секретарь. Располагайте мною, лэди Августа. Я къ вашимъ услугамъ. Бѣдная Лавинія Медлокъ! Какъ вы добры, что пригласили ее сегодня. Вы знаете, почему она лишилась недавно мѣста. Обычныя непріятности -- добавилъ онъ шепотомъ.
Сивилла подошла къ юному прорицателю. Она рѣшила откровенно переговорить съ нимъ. Но въ настоящую минуту она, какъ и всѣ другіе, была подъ вліяніемъ страха.
-- М-ръ Пауль, серьезно начала она,-- вы дѣйствительно обладаете этой силой. Или же вы только смѣетесь надъ бѣдной дѣвушкой, которая живетъ въ вѣчномъ страхѣ за брата?
-- Право, миссъ Бруденель, отвѣчалъ онъ также серьезно,-- вы несправедливо подозрѣваете меня.
-- Другихъ медіумовъ тоже спрашивали, но они ничего не могли сказать. Но все же такъ легко обмануть дѣвушку, играя ея чувствами.