КОЛОНЖЪ (дѣлая видъ, что рисуетъ, изрѣдка посматривая на жену всторону). Спорить съ нею будетъ безполезно. (Гладитъ съ сожалѣніемъ на картину). Ахъ, Аврелія, я не требовалъ таки.въ доказательствъ любви. (Глядя на жену). Впрочемъ, лишь бы она меня любила! Но чѣмъ же мнѣ замѣнить эту прекрасную голову? Вотъ счастливая мысль! Если нельзя побѣдить препятствіе, можно отвратить его Опустимъ немного мантію этого старика... конечно, одной головой будетъ меньше, а она была прекрасна! (рисуетъ). Но останется торсъ, и онъ имѣетъ свою цѣну... Эту мысль подаетъ мнѣ живописецъ, который, отчаявшись выразить горесть Агамемнона, закрылъ искровомъ его лицо. Конечно, враги мои обвинятъ меня въ безсиліи... Безумцы! знаютъ ли они, что такое ревнивая женщина, которую любишь.
АВРЕЛІЯ (вставая). Посмотримъ! (подойдя къ картинѣ). Такъ-то вы пишите мой портретъ?
КОЛОНЖЪ (бросая кисть и взявъ за руку жену). Портретъ твой? Твой портретъ, говоришь ты? Чтобы я отдалъ его безсмысленной толпѣ, которая цѣлые три мѣсяца станетъ осаждать галереи Лувра? Лучше никогда не дотрогиваться до кисти, лучше отсѣчь себѣ руку! ( садится на то мѣсто, гдѣ сидѣла жена и ne выпуская ея руки изъ своихъ рукъ). Не довольно ли тѣхъ бальныхъ салоновъ, которые любишь ты, и которые я ненавижу! Ты не подозрѣваешь во мнѣ ревности, Аврелія!
АВРЕЛІЯ (которая холодно отвѣчала на ласки мужа, опирается на плечо его). Ревности, въ тебѣ? Не думай обмануть меня. Кто ревнивъ, тотъ не имѣетъ ни минуты покоя, создаетъ себѣ тысячи призраковъ, всего боится, а ты всегда такъ спокоенъ. Съ-тѣхъ-поръ, какъ я твоя жена, вздумалось ли тебѣ хоть разъ обратить вниманіе на людей, которымъ пріятно, какъ кажется, со мною бесѣдовать? Эти люди такъ мало тебя занимаютъ, что я сама о нихъ никогда тебѣ не говорила.
КОЛОНЖЪ (лукаво). Можетъ-быть, это было бы излишне.
АВРЕЛІЯ. Но думаешь-ли ты увѣрить меня, что наблюдаешь за мною, между-тѣмъ какъ я этого и не подозрѣваю? Съ начала этой зимы не одинъ уже разъ давали мнѣ чувствовать, что меня находятъ очаровательною, умною, говорили однимъ-словомъ все, что говорится въ подобныхъ случаяхъ; я дѣлала завоеванія, а ты между-тѣмъ рисовалъ картину. И что-жь? бьюсь объ закладъ, что при всей твоей ревности ты не укажешь мнѣ ни на одного изъ моихъ поклонниковъ.
КОЛОНЖЪ. Ни на одного? а не хочешь-ли на всѣхъ?
АВРЕЛІЯ. Тогда... тогда я стала бы еще болѣе любить тебя!.. Но ты лжешь.
КОЛОНЖЪ (встаетъ и подводитъ жену къ картинѣ). Можетъ-ли что-нибудь быть оскорбительнѣе для художника? Твои слова доказываютъ, что кромѣ несчастнаго портрета г-жи Графенъ, ты не удостоила обратить ни малѣйшаго вниманія на мою работу; между-тѣмъ моя картина заняла бы тебя, еслибы ты хорошенько въ нее всмотрѣлась; и тогда бы ты не предлагала мнѣ биться со мною объ закладъ. Взгляни. Вотъ г. Маріенбергъ, вотъ испанецъ донъ-Антоніо-де-Пуентесъ-Кобро, Роненкуръ, вотъ Ла-Бертони, Фелисіенъ Ренье съ товарищами, словомъ всѣ тѣ, которымъ ты такъ наивно оказывала свое расположеніе;
АВРЕЛІЯ. Хоть мнѣ не въ чемъ упрекать себя... но... я боюсь тебя!..