-- Правда ли это? Не ошибаетесь ли вы? -- спросил я дрожащим голосом.
-- Да, это правда, -- ответил Мейсен. -- Но что с вами? Вам, кажется, неприятно продолжать разговор об этом?
-- О, ничего, ничего. Только почему вы так уверены, что она вышла замуж? -- спросил я, пытаясь казаться хладнокровным.
-- Я сам слышал это. Кроме того, я видел ее в доме капитана в Лондоне, куда я заходил по делу.
-- Но уверены ли вы, что та особа, которую вы видели, это Леонора, дочь капитана Хайленда?
-- Конечно. Как я мог ошибаться? Вы знаете, что я бывал в доме капитана Хайленда много раз, не говоря уже о той сцене, когда мы были вместе с вами и разоблачали клевету Адкинса. Я не мог ошибиться: я говорил с нею в то время, когда был в ее доме в Лондоне. Она вышла замуж около двух лет тому назад за капитана австралийского корабля. Он человек довольно пожилой и скорее годился бы ей в отцы.
Теперь не оставалось уже никаких сомнений.
Как мрачен для меня сделался свет!
Я оставил все свои мечты о возвращении в Ливерпуль. Я ничего не сказал моей сестре о перемене моих планов. Горе мое было слишком велико. Я решил отправиться опять на золотые прииски, надеясь, что тяжелый труд и наполненная различными опасностями жизнь рудокопа хоть отчасти заглушат те страдания, которые терзали мое сердце. Я отбросил намерение отправиться в Америку, и решил остаться в Австралии, чтобы не очень отдаляться от сестры.
Простившись с Мартой, которая сильно была опечалена разлукой со мной, я через двадцать четыре часа после разговора с Мейсеном выехал из Сиднея в Мельбурн.