-- Как жаль, сударыня, что вы не были с нами! Если бы вы знали, как интересен похоронный обряд! -- сказал мистер Карсон, пускаясь в разговор с величайшей словоохотливостью.
-- Подобного рода прогулка произвела бы на меня вредное действие, сказала мистрисс Несбит, -- чтоб простудиться, мне стоит только выйти на балкон, когда начинает подниматься роса. Я испытала это в течение последних трёх лет. Мне надобно быть очень осторожной! К тому же, я страшно боюсь, когда лошадьми правит Джон.
-- Меня чрезвычайно забавлял гнев старого Гондреда, при необходимости ехать на эти похороны, -- сказала Нина. -- Я почти уверена, что если б ему можно было опрокинуть нас, без всякого вреда своей особе, он бы сделал это непременно.
-- Надеюсь, -- сказала тётушка Несбит, -- это семейство удалится отсюда в непродолжительном времени. Иметь подобных людей в близком соседстве весьма неприятно.
-- Но какие миленькие дети! -- сказала Нина. -- Напрасно ты восхищаешься ими! Они вырастут и будут похожи на родителей во всех отношениях. Я уж насмотрелась на этих людей. Не желаю им зла, но не хочу иметь с ними дела.
-- Мне их очень жаль, -- сказала Нина. -- Удивляюсь, почему не заведут для них школ, как это водится в Нью-Йоркском штате? Там все учатся, -- разумеется, все те, которые хотят учиться. У нас вовсе не обращено на это внимания. Кроме того, тётушка, эти дети происходят от старинной виргинской фамилии. Старик негр, преданный слуга этого семейства, говорит, что их мать принадлежит к фамилии Пейтон.
-- Всё вздор! Я не верю этому! Они лгут... Все лгут; -- говорить ложь у них вошло уже в привычку.
-- Пусть лгут, -- сказала Нина, -- но я, во всяком случае, что-нибудь сделаю для этих детей.
-- Я совершенно согласен с вами, Нина. Это доказывает, что у вас доброе сердце, -- сказал мистер Карсон. -- Вы всегда найдёте во мне человека, готового поощрять подобные чувства.
Нина хмурилась и показывала вид крайнего негодования; но ничто не помогало. Мистер Карсон продолжал пустую болтовню, пока она не сделалась решительно невыносимою для Нины.